‹ Назад

ПЕРВЫМ ДЕЛОМ – САМОЛЁТЫ…

Имя Ольги Лисиковой, знаменитого пилота военных лет, как бы «приватизировано» (прошу прощения у читателей за это слово) городом на Неве. Действительно, она была формально ленинградкой, но родилась – 7 ноября 1916 года – во Владивостоке и провела детство в Приморье. Отцом Ольги был Леонид Леонтьевич Власов, директор сельской школы под Находкой, а отчимом (после переезда в Ленинградскую область) – Матвей Михайлович Тёмин, партийный работник. В годы Великой Отечественной войны он стал командиром партизанского отряда и тогда же погиб.

 

НЕБО ДЛЯ ОЛЬГИ

Гвардии старший лейтенант Ольга Лисикова (девичья фамилия Власова) была заочно знакома многим советским военным лётчикам. В 1943 году на всех аэродромах был развешан такой плакат: «280 боевых вылетов Ольги Лисиковой спасли жизнь сотням раненых бойцов и офицеров Красной Армии. Отважная летчица побывала на всех фронтах от Баренцева до Черного моря, доставила на линию огня десятки тонн боеприпасов, медикаментов, продовольствия. Четыре правительственные награды украшают грудь командира корабля Ольги Лисиковой». 

Действительно, её боевыми наградами были ордена Красного Знамени и Красной Звезды, два ордена Отечественной войны и медаль «За боевые заслуги». При этом Ольга была единственной в годы Второй Мировой войны женщиной – командиром американских транспортных самолетов ЛИ-2 и СИ-47. На её счету вывоз раненых с поля боя во время военного конфликта с финнами, 408 вылетов в блокадный Ленинград в Великую Отечественную, затем – к партизанам, в глубокий тыл противника, работа в правительственной авиации и полёты в условиях Заполярья. Как минимум дважды она должна была стать Героем Советского Союза, но… Причины этого станут известны позже. 

 

В возрасте 18 лет Ольга окончила Батайскую лётную школу и вскоре летала командиром экипажа транспортных самолётов на линии Москва-Ленинград. Еще до начала Великой отечественной войны она стала супругой Василия Лисикова, тоже пилота – они вместе работали в ленинградском отряде «Аэрофлота». Тогда же у них родилась дочь (в двухлетнем возрасте её вывезла из блокадного Ленинграда сама Ольга на своём самолёте). С началом войны обоих мобилизовали: её – в эскадрилью связи, его – в одну из двух авиадивизий, которые выполняли особо важные задания Генштаба. Но Василий Лисиков, судя по официальному сообщению, был сбит в октябре 1941 года… 

 

ИСТОРИЯ СБИТОГО МЕССЕРА 

 

Тогда же Ольга смогла, как она вспоминала позже, «сидя в «кукурузнике», на котором нет даже пулемета, завалить мессершмит». 

«Было это, наверное, в конце октября. Я взяла двух раненых с передовой и повезла в госпиталь. Я летала на санитарном самолете «У-2». Он был такого серебряного цвета, и на нем были очень хорошо видимые красные кресты.
Прошли всего километров двадцать, как мне в хвост заходит Ме-109. Куда деваться?! У меня оставалось несколько секунд до моей смерти. Вы наверно слышали: вот в такие моменты у человека по-особому работает мозг – за какой-то короткий период проходит «перед глазами» вся жизнь. 

Удивляюсь, но и со мной такое произошло: вся моя жизнь вспомнилась, и как я с отцом в шесть лет играла в шахматы, и как он меня в три года в воду бросил, чтобы я начала плавать, и как учил меня лазить по деревьям, и я забиралась наверх и сбрасывала кедровые шишки. Это было на Дальнем Востоке, где-то между Находкой и Американкой была школа, где папа был учителем и директором. И еще много чего вспомнилось… Вся жизнь…

 

Вдруг замечаю обрыв. Это была Мета, речка небольшая, но течет между высоких берегов. Пикирую к воде, и тут же слышу, как сзади ударила очередь – мимо! Резко отворачиваю в сторону, прижимаюсь к воде и лечу, едва не касаясь крыльями берегов. Теперь фашисту надо набрать высоту, снова отыскать эту «русскую этажерку» и постараться зайти ей в хвост. Река поворачивает круто вправо. Я – следом. Спиной, плечами, затылком жду, когда же фашист снова ударит. И точно: еще одна очередь. На этот раз чувствую, попал в хвостовое оперение. 

Самолет качнуло, да так сильно, что он левым крылом и колесом чиркнул по воде. Даю полный газ, взмываю над обрывом, а там уже наш аэродром. Сажусь с ходу, без подготовки. Выключаю двигатель, выскакиваю из кабины и первое, что вижу, наши солдатики бегут мне навстречу и кричат, показывая куда-то в сторону: «Смотри! Смотри!». Поворачиваю голову – на моих глазах мессер врезается в обрыв. И тут поняла: увлекся и спикировал так низко, что для набора высоты уже не хватило времени».

За этот «сбитый» (хотя и необычным способом) вражеский самолёт Лисикова никакой награды не получила…

 

ДЕВУШКА С ХАРАКТЕРОМ

После гибели Василия Ольга твёрдо решила, что должна по-настоящему заменить его. Написала рапорт о переводе и подала по начальству. Женщин – командиров кораблей в обеих дивизиях не было, но её взяли в качестве исключения. Лисикову в «Аэрофлоте» знали буквально все: и как одну из лучших спортсменок, и как опытную лётчицу, и как вдову погибшего боевого товарища. А главное, понимали: она девушка с характером, всё равно не отступится. Так лейтенант Ольга Лисикова стала командиром транспортного «Дугласа» в 1-м авиаполку 10-й авиадивизии особого назначения. В её экипаже были одни мужчины (впрочем, как и во всём полку). Первые рейсы были в блокадный Ленинград: туда – продукты, медикаменты, боеприпасы, топливо, оттуда – людей… Позже она вспоминала так. 

«Самые тяжелые рейсы – когда на обратном пути вывозили блокадных детей. Тех, кто мог ходить, рассаживали вдоль бортов на скамейках, для остальных расстилали на полу чехлы от моторов. Затем отдавали детям буханку из собственного пайка. Кто-нибудь из старших ребят тут же делил ее ровно на шестьдесят или восемьдесят кусочков, в зависимости от числа детей. Как-то раз один мальчик забыл посчитать себя, и когда все взяли свой кусочек, он вдруг увидел, что поднос пуст. Тихо, без всяких просьб, старшие отщипнули понемногу от своей доли, и вот на подносе выросла небольшая горка хлебного мякиша. Это были дети-старички. Ни слез расставания с близкими, ни радости от предстоящего полета на Большую землю, где нет голода, бомбежек и обстрелов, – только огромные глаза на крохотных исхудавших личиках».
Потом от американцев поступили по «ленд-лизу» Си-47, самые большие транспортные самолёты того времени. Они могли брать на борт до 40  десантников с полным вооружением. Но при полётах в глубокий тыл противника пассажиров, по воспоминаниям Ольги Лисиковой, обычно было только трое: модно, по-европейски одетые молодой человек и девушка, а с ними полковник из разведупра, сопровождающий разведгруппу. Такие рейды требовали высшего мастерства командира, особенно для выброски в строго определённой точке, поэтому даже в этом элитном полку их доверяли лишь избранным. Один командир СИ-47 стал Героем Советского Союза уже после пяти рейдов в глубокий тыл противника, другой – после шести. Лисикова выполнила девять таких вылётов, и только после этого её представили к ордену Ленина. 

 

ПЛАКАТ ВМЕСТО ОРДЕНА

Но… начальник штаба дивизии вызвал её к себе и заявил: «Мы решили не давать тебе орден. Ведь ты такая молодая, да к тому же единственная у нас женщина-командир корабля – ещё зазнаешься! Мы решили лучше выпустить плакат с твоим портретом. Чтобы лётчики всей страны знали, какая ты молодец!». Действительно, вскоре Политуправление Красной Армии выпустило ещё один плакат под названием «Летать так, как летает командир корабля Ольга Лисикова» (1944 год). И, следуя странной логике, её… отчислили из полка. По официальной версии, причиной оказался именно плакат. Высокое столичное начальство, узнав, что в тыл врага летает женщина, устроило разнос командиру дивизии: «А если собьют? Фашисты скажут – у русских уже мужиков не хватает, они на самые опасные задания вынуждены посылать баб!». Впрочем, есть и другая версия, более реальная. 

Оказалось, что на самом деле Василий Лисиков вовсе не погиб в октябре 1941 года. Самолет его действительно при падении взорвался на глазах его сослуживцев, которые доложили об этом начальству. Но трое членов экипажа, в том числе командир, как позже выяснилось, были выброшены взрывной волной из развалившейся машины и как тяжелораненые взяты в плен. Василий прошёл сначала немецкий лагерь, затем свой, фильтрационный, и вернулся в Ленинград только в 1946 году. Ольга всю войну считала мужа погибшим, причём так и писала во всех анкетах. Однако особисты, как и было положено, числили его без вести пропавшим, к тому же на вражеской территории. А по законам военного времени супруга такого человека не могла рассчитывать на особо высокие награды и звания. То, что Лисиковой доверяли столь ответственные полёты да и вообще взяли служить в авиадивизию особого назначения, уже было исключением.

Впрочем, новый перевод оказался фактически повышением. Теперь Лисикова попала в самое ответственное подразделение – в международно-правительственную авиацию. Её пассажирами стали командующие армиями, маршалы, наркомы, иностранные делегации. В последнюю зиму войны она получила новое, крайне важное поручение: непосредственно из стойбищ Крайнего Севера надо было срочно перебросить в Нарьян-Мар, а оттуда в Архангельск пушнину и улов ценных видов рыб... Там, на Севере, и закончилась Великая Отечественная для Ольги Лисиковой, аса нашей боевой авиации. К слову, в самых трудных ситуациях она не потеряла ни одной машины и ни одного члена своего экипажа. После окончания войны Лисикова летала в Ленинградском авиаотряде, открывала новые воздушные линии в Таллин, Ригу, Вильнюс. Она ушла от нас в 2011 году, не дожив двух месяцев до 95 лет. 

 

Иван ЕГОРЧЕВ.

2016