‹ Назад

ПРИМОРЬЕ ПЕГОВА 

Исполнилось 110 лет со дня рождения Николая Михайловича Пегова, первого по счёту первого секретаря Приморского крайкома ВКП (б). Он был фактическим руководителем огромной территории с 1938 по 1947 год – в труднейший период жизни края. 

 

ЗАДАНИЕ ПАРТИИ

Н.М. Пегов родился в Москве в 1905 году, был батраком и рабочим, после окончания в 1932 году ускоренных курсов директоров руководил шелкоткацкой фабрикой. А в 1938 году, когда 33-летний Н.М. Пегов учился на последнем курсе Московской промышленной академии, его вдруг перевели на работу в аппарат ЦК ВКП (б). В июне того же года он был назначен на должность секретаря Дальневосточного крайкома партии (тогда на карте СССР был ДВК, включающий территории современных Хабаровского и Приморского краёв). Сразу же Н.М. Пегов выехал в Хабаровск, куда поезд пришёл на десятые сутки (самолёты ещё не летали), и стал заниматься текущей работой. Надо сказать, что ДВК был действительно очень большим по площади и потому слабоуправляемым. 

В сентябре того же года Н.М. Пегова уведомили, что принято решение «разукрупнить» ДВК. В своих воспоминаниях «Далёкое–близкое», изданных во Владивостоке в 1987 году, он писал: «Привлекли к этой работе старожилов, военных и, выработав, как теперь говорят, оптимальный вариант, доложили наши предложения в ЦК». Через несколько дней Пегова вызвали на телеграф (телефонной связи с Москвой тогда тоже ещё не было), где он прочитал на ленте: «Ваши предложения по разделению ДВК приняты. В соответствии с указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 октября с. г. о разделении ДВК… образованы два края – Хабаровский с центром в г. Хабаровске и Приморский с центром в г. Владивостоке». Н.М. Пегов был назначен секретарем Оргбюро ЦК ВКП (б) по Приморскому краю и ему тут же было предложено выехать к месту новой работы. 

Прибыв во Владивосток, Пегов под крайисполком присмотрел Дворец профсоюзов (здание на углу 1-й Морской и Алеутской), предложив всем отраслевым комитетам  разместиться «ближе к производству». Профсоюзы подчинились, но пожаловались в ВЦСПС. Председатель последнего Н.М. Шверник направил в  ЦК партии записку с просьбой оградить профсоюзные комитеты от «самоуправства» новых приморских властей. Записка обсуждалась на заседании Политбюро ЦК ВКП (б), где И.В. Сталин заметил, что профсоюзы, видимо, не понимают сложностей, сопутствующих формированию нового края, и вместо помощи ставят палки в колёса. После такого замечания вопрос о здании быстро был решён... «Своё», партийное хозяйство Н.М. Пегов разместил в здании Приморского обкома партии. 

 

ПОМОЩЬ СТАЛИНА

Конечно, сложностей было очень много. Позже Н.М. Пегов вспоминал: «Слабая заселённость края, доставшаяся нам в наследство от царской России, сковывала развитие не только сельскохозяйственного производства, но и являлась тормозом в подъёме всех других отраслей народного хозяйства. Мы в Приморье были фактически лишены естественной для других районов страны возможности привлечения рабочей силы из деревни… Таким образом, от решения проблемы заселения во многом зависело развитие производственных сил Дальнего Востока». Нужно было предоставить льготы переселенцев, обеспечить их жильём, при этом не упуская из виду, что край был пограничным и следовало наращивать его оборонительные возможности.

Во вновь образованном Приморском крае теперь оказалась Уссурийская область с центром в Уссурийске и Приморская с центром во Владивостоке. Н.М. Пегов предложил объединить их в одно административное образование. В Москве возникли сомнения: какой же это край, если он состоит из одной области? Тогда он сам область и есть… Опять доложили И.В. Сталину, и тот сказал: «Приморье – действительно край страны, пусть краем и называется». Вот так Приморье, вопреки существующему положению, стало и продолжает оставаться краем. Любопытно, что лично Сталин принял участие в решении ещё одного местного вопроса: о дороге от Владивостока до Ольги. Кто ему доложил подробности – так и осталось тайной. По воспоминаниям Н.М. Пегова, дело происходило так. 

В марте 1939 года, во время его пребывания в Москве, к Пегову подошёл секретарь Сталина и отвёл его к «самому», который поинтересовался, какие возможности имеются в крае для расширения посевных площадей. Пегов назвал Ольгинский район, но заметил, что вывезти оттуда урожай можно только по морю… И тут Сталин неожиданно спросил: «А почему вы не пользуетесь дорогой, которая идёт ущельем в горах Сихотэ-Алиня?» Сам Н.М. Пегов об этом ничего не знал... После его возвращения во Владивосток была организована экспедиция со всем нужным для ремонта мостов. 6 октября 1939 года из Владивостока в Ольгу отправились шесть полуторок. Срок пробега был определён в 12 дней (туда и обратно); фактически было затрачено 13 дней из-за разлива рек. Позже эту дорогу ввели в строй постоянно действующих. 

 

ГОРОДА, ЗАВОДЫ, ПОРТЫ… 

В 1940 году Н.М. Пегов, продолжая оставаться первым секретарем Приморского крайкома ВКП (б), стал ещё и первым секретарем Владивостокского горкома партии. Именно при нём был разработан и утверждён первый генеральный план развития Владивостока – очень интересный по архитектурному решению. Понятно, что его воплощению помешала Великая Отечественная война. Имел непосредственное отношение Н.М. Пегов и к возникновению порта Находка. В то время ни одного оборудованного порта, кроме до предела загруженного Владивостока, в Приморье не было. В краевом центре располагались торговый и рыбный порты, судостроительные и судоремонтные заводы, на него базировался и Краснознамённый Тихоокеанский флот. 

Большой опасностью для Владивостока была перегрузка здесь на суда огромных количеств взрывчатки для «Дальстроя» – её доставляли по железной дороге. Поэтому весьма важной была задача строительства нового порта – например, в бухте Находка. Для решения этого вопроса во Владивосток в апреле 1939 года прибыл член Политбюро ЦК партии А.А. Жданов. Он посетил «Дальзавод», побывал на кораблях ТОФ, на границе. В Находку Н.М. Пегов, командующий флотом Н.Г. Кузнецов и А.А. Жданов пошли на эсминце «Войков». Бухта произвела на московского гостя хорошее впечатление, и вскоре там началось сооружение порта. К сожалению, летом 1946 года в Находке взорвался пароход «Дальстрой» с 10 тысячами тонн взрывчатки. Упоминая об этом, Н.М. Пегов указывает, что во Владивостоке последствия такого ЧП были бы намного катастрофичнее… 

После начала Великой Отечественной войны Приморье не только работало на фронт, но и готовилось к вполне возможной войне с Японией. В связи с этим Н.М. Пегов вспоминал, как в октябре 1941 года его, командующего ТОФ адмирала И.С. Юмашева и командующего Дальневосточной армией генерала И.Р. Апанасенко вызвали в Москву. Там они встретились с И.В. Сталиным, который поинтересовался у И.С. Юмашева, что тот собирается делать, если японцы вступят в войну. Адмирал ответил: «Будем драться до конца». Реакция Сталина была неожиданной: «Ну и глупо. С сильным японским флотом вам ввязываться в драку не следует. Вам надо уходить на север, спасать флот, а японцев громить на подступах береговой крепостной артиллерией… И к партизанской войне, товарищ Пегов, надо быть готовым». Поэтому при участии Н.М. Пегова были утверждены составы подпольных райкомов Приморья, оборудованы опорные базы в тайге. 

 

ЖИЗНЬ ПРОЖИТА НЕ ЗРЯ

«Всё для фронта, всё для победы!» – под таким девизом трудилось Приморье в годы Великой Отечественной войны. «Дальзавод» наряду с ремонтом судов построил 7 эсминцев, 13 подводных лодок, отремонтировал 136 боевых кораблей. Кроме производства боеприпасов и вооружения, помимо взносов в фонд обороны, за время войны были собраны средства на бронепоезд «Приморский комсомолец» и танковую колонну под таким же названием, на эскадрилью бомбардировщиков «Советское Приморье», танковые колонны «Рыбак Приморья» и «Юный пионер»; на средства трудящихся Артёма было спущено на воду два торпедных катера. Всего за 1941-1945 годы из Приморского края в ряды Красной Армии и флота было призвано 201 313 человек, в том числе рабочих – 103 166, колхозников – 71 177, служащих – 27020…

Понятно, что разгром Японии не обошёлся без деятельного участия в военных делах первого секретаря. В связи с этим Н.М. Пегов вспоминает характерный эпизод. То, что Приморье служило в период военных действий против Японии плацдармом Первого Дальневосточного фронта, имело и такие последствия для хозяйства края: огромное количество военной техники прошло по дорогам и мостам, разрушив их во многих местах. Тогда Н.М. Пегов обратился к члену Военного совета фронта Т.Ф. Штыкову с просьбой помочь в их ремонте, пока военные находятся в крае, но получил отказ. Ирония судьбы в том, что через несколько лет Штыков тоже стал первым секретарём Приморского крайкома партии и, встречаясь с работавшим в аппарате ЦК Пеговым, сожалел о своём отказе…  

Почти 10 лет Н.М. Пегов возглавлял Приморский край и Владивосток. После этого он занимал посты заведующего отделом ЦК ВКП (б), секретаря ЦК КПСС, секретаря Президиума Верховного Совета СССР, посла СССР в Иране, Индии и Алжире, замминистра иностранных дел СССР, заведующего отделом заграничных кадров ЦК КПСС. Наград у Николая Михайловича немало: четыре ордена Ленина, орден Октябрьской революции, орден Отечественной войны 1-й степени, два ордена Трудового Красного знамени, орден Дружбы народов. В 1982 году он вышел на пенсию; умер в 1991 году, похоронен в Москве. В 2008 году, когда праздновалось 70-летие Приморского края, на здании музея ТОФ по Светланской, 66, где жил Н.М. Пегов, была открыта мемориальная доска в честь человека, так много сделавшего для Приморья. 

 

Иван ЕГОРЧЕВ, действительный член Русского географического общества.