‹ Назад

ТАЙНЫ БУТЫЛОЧНОЙ ПОЧТЫ 

 

Бутылка, лежащая на берегу моря, вполне может быть ценной находкой – если в ней есть записка. Такие случаи не столь редки, как может казаться. 

Конечно, в целом эпоха «бутылочной почты» ушла в прошлое. В наше время найти послание в бутылке – большая удача, хотя и такое порой случается. Ещё меньше вероятность того, что письмо окажется написанным по какому-то серьёзному поводу... 

 

 

ЗАПИСКА + БУТЫЛКА

 

Как справедливо заметил Жюль Верн, нельзя заранее предугадать, скрывает ли найденная в море бутылка тайну какого-нибудь кораблекрушения или только пустяковую записку. Хотя с такой находки он сам начал свой знаменитый роман «Дети капитана Гранта». Ведь именно бутылка с запиской, найденная в желудке акулы, положила начало всем последующим приключениям. Напомню: капитан и два матроса, спасшиеся во время крушения судна «Британия», написали на трёх языках (что было довольно предусмотрительно с их стороны) записки о помощи и доверили их воле океанских волн. Жюль Верн, несомненно, отталкивался от действительного случая, поскольку в те времена бутылочная почта была весьма обычным способом отправки писем. 

 

Так, в 1560 году английская королева Елизавета даже учредила специальную должность «королевского откупорщика океанских бутылок». Только он имел право первым знакомиться с этой почтой, которая нередко приносила государственные секреты или важные сведения. Правда, большинство бутылок, выносимых волнами на берег, содержали сообщения о кораблекрушениях, причём о какой-то помощи думать уже было поздно. Хотя в случае, если люди оказывались на необитаемом острове, это было их последней надеждой, и нередко записки из бутылок, отданные морской стихии, действительно помогали дождаться спасения. Разумеется, немало было и ложных сообщений, и так и оставшихся неразгаданных случаев. Вот лишь несколько примеров. 

 

 

КТО ПРОПАЛ, А КТО ПОШУТИЛ…

 

Сообщения о найденных бутылках с записками внутри были отнюдь не редкостью век назад. Вот сообщения из владивостокской газеты «Дальний Восток» всего за пару лет. 14 ноября 1907 г.: «Пассажиры, прибывшие из Камчатки на пароходе «Амур», сообщают, что в 70 верстах от берега в море найдена плававшая запечатанная бутылка, в которой оказалась записка: «Пароход «Хилки» погиб 15 июня». Название написано очень неразборчиво и определено приблизительно. Пароход иностранный». 

 

22 апреля 1908 г.: «Начальник Петропавловского уезда сообщает, что в июле месяце минувшего года, в 15 милях от устья реки Тигиля на Камчатке, была найдена выброшенная на берег бутылка, в которой оказалась записка, написанная по-русски карандашом, следующего содержания: «Эта бутылка брошена с парохода «Стрелок» 15 июля 1907 г. в пять часов утра, погибшего в 50 милях от Тигиля. Осталось 4 человека живых, просим помощи». Как только эта бутылка была найдена, то по распоряжению местных властей было осмотрено все побережье от устьев Тигиля на север и юг на расстоянии по 50 миль, но никаких признаков гибели парохода «Стрелок», а также и бывшего на нем экипажа не обнаружено».     

23 апреля 1908 г.: «По наведенным в управлении коммерческого порта справкам оказалось, что в минувшем году пароход «Стрелок» в плавание на север не выходил, и парохода «Стрелок» здесь нет. Лет 9 тому назад около Де-Кастри действительно погиб пароход «Стрелок», почему найденная около устья реки Тигиля бутылка с запиской о гибели 15 июля 1907 года парохода «Стрелок» есть не что иное, как мистификация».

1 июля 1909 г.: «Капитан парохода «Эльдорадо» представил в управление коммерческого порта японскую записку, вынутую им из бутылки, пойманной около мыса Белкина. Бутылка брошена в море японскими рыбаками у о. Сахалина с целью определить направление течения в Японском море».

Вот как раз такие записки, опущенные в воды морей и океанов с научными целями, и составили в последующие годы основную массу «почты Нептуна». Этот способ исследования течений в какой-то период стал основным, в том числе и для российских гидрографов. Расскажем о нём подробнее. 

 

КУДА ПЛЫВЁТ БУТЫЛКА? 

В январе 1898 года 43-летний Михаил Жданко стал начальником только что образованной ГЭВО – Гидрографической экспедиции Восточного океана. Главной её задачей было точное описание берегов и глубин дальневосточного побережья России. Так вот, именно Михаил Жданко спустя девять лет предложил воспользоваться бутылочной почтой для изучения морских течений. И с 1907 года с российских военных кораблей и гражданских судов, бороздивших просторы Восточного океана, на волю течений и ветров стали пускаться бутылки. Каждая из них несла записку: сообщить во Владивосток, в адрес ГЭВО, где и когда она была обнаружена. 

 

На всех суднах велись специальные журналы, в которых отмечали широту и долготу места, где брошена бутылка, порядковый номер послания и название судна. Поэтому адреса отправивших бутылочную почту выглядели так: транспорт «Охотск», крейсер «Аскольд», заградитель «Уссури», миноносец «Властный», парусные шхуны «Нептун» и «Альфа»... Правда, от того момента, когда бутылка окажется на берегу, до её нахождения местными жителями обычно проходит некоторое время. В малонаселённых районах бутылки, будучи уже выброшенными на берег, могут довольно долго оставаться необнаруженными: от нескольких месяцев до десятков лет; разумеется, бОльшая часть их пропадает навсегда. 

По результатам анализа возвращённых записок специалистами экспедиции была составлена генеральная карта путей перемещения бутылок, в целом верно отражавшая систему поверхностных течений Японского моря и части Тихого океана. Способ, конечно, не самый точный, но зато недорогой... Изучением траекторий плавания «научных» бутылок Михаил Жданко продолжал заниматься независимо от других служебных хлопот. В августе 1910 года он опубликовал в газете «Далёкая окраина» статью, в которой подвёл некоторые итоги этой работы. Вот выдержки из неё.

 

 

КАК ЭТО ДЕЛАЕТСЯ

 

«С 1907 года с судов экспедиции и еще с некоторых других … во все время плавания их по морям Охотскому и Беринговому, бросаются в определенные сроки бутылки с записками, на которых обозначается место и время, где и когда бутылка брошена. За истекшие 4 года таких бутылок брошено более 5.000, и из них 107 найдены и записки в них доставлены мне во Владивосток... Как жаль, что никто из моряков раньше не начал бросать бутылки и не пропагандировал о необходимости делать это со всех судов, посещающих наши моря, в особенности Охотское. В настоящее время вопрос о течениях в море Японском можно считать совершенно решенным. Многое выясняется, и многое очень интересное, и относительно течений в нашем Охотском море, так мало еще изученном, и я надеюсь, что года через 2 и для него можно будет дать достаточно верную карту течений.

 

Не нужно совсем громадных затрат на дело изучения течений, не нужно больших сил, а нужно только, чтобы моряки, плавающие в наших водах, относились к своему делу с любовью. «Сила не в силе, а сила в любви», – как говорил славный адмирал С.О. Макаров. А вот этой-то любви к своему делу видишь, к сожалению, слишком мало. Сколько пароходов в течение навигации ходят по Охотскому и Берингову морям, но что-то не слышно, чтобы, кроме перечисленных мною, с какого-либо еще бросались бутылки с записками. А труд, кажется, пустяшный. Поставить на записке широту, долготу и дату, вложить в бутылку и засмолить ее... Разве же это труд?».

 

Надо отметить, что записок во Владивосток было возвращено немало. В 1912 году сам Михаил Жданко отмечал, что «за последние четыре года всех бутылок было брошено около 10000. Из них 219, т. е. 2 процента, найдены и записки из них доставлены в экспедицию. Такой большой процент найденных бутылок совершенно неожидан. Ведь берега Приморской и Камчатской областей населены весьма слабо». Впрочем, в бутылках попадались (и попадаются) не только полезные науке записки или сообщения о кораблекрушениях. Некоторые из них несут информацию смешную, бессмысленную или даже ложную. Вот лишь два примера, взятых из американской газеты «Гонолулу Стар-Бюллетень» 1983 года. 

 

 

БЫВАЕТ И ТАКОЕ

 

В ней сообщалось, что две бутылки с записками, брошенные с разных советских судов в 1976 году с интервалом в четыре месяца, достигли Гавайских островов и были найдены их жителями в июле и ноябре 1983 года. Подобное совпадение теоретически невозможно, но в реальной жизни всякое случается. Первое послание была отправлено с борта пассажирского теплохода «М. Урицкий», а написали его шесть женщин. Прекрасно сохранившаяся записка гласила: «Сегодня, 2 июля 1976 года, мы покинули порт Корсаков и вошли в Тихий океан. Если вы прочитаете наше письмо, 
мы желаем вам хорошего здоровья, огромной удачи, вечной любви, долгой жизни и не желаем вам этой проклятой морской болезни, от которой мы страдаем». 

 

Второе послание, находившееся в коньячной бутылке и написанное на обёртке от шоколада «Лотос» хабаровской фабрики «Спутник», слегка подмокло. Поэтому с некоторыми пропусками текст выглядит так: «1976 года ... на Камчатской земле. Мы, дембеля, ... рядовой К.Н. Бутенко, сержант С.В. Сергеев, рядовой ... арахутдинов, рядовой В.М. Кумизов, рядовой Н.Б. Метелев, рядовой Н.К. Капафин, рядовой В.К. Евсеев, покидая Камчатку на борту парохода «Советский Союз» 11 декабря этого года, торжественно клянемся: Никогда снова не возвращаться на этот полуостров ... но уезжая домой ... в добром здравии ... Мы спросим что ... в нашем старом возрасте ... мы сможем увидеть эти пустынные горы... смелых женщин ... никогда ... Мы клянемся приложить все наши силы».

 

Вот такие вести приносит порой бутылочная почта в наше время.

 

Иван ЕГОРЧЕВ, действительный член Русского географического общества.