‹ Назад

УЧЕНЬЕ – СВЕТ

В последнее время часто говорится о том, что современные ученики перегружены, что зубрёжка заменяет им понимание материала, а сведения из Интернета – учебники, что ЕГЭ – это разрушение системы образования… Понятно, что говорить об этом можно буквально бесконечно. А поскольку о школьном образовании – как о футболе или о политике – может рассуждать каждый, то и мне захотелось напомнить о школьных проблемах. В историческом плане. 

 

ЧЕМУ УЧАТ В ШКОЛЕ

Недавно было высказано предложение ввести в российских школах уроки патриотизма или нравственности… Не ввязываясь в спор о их необходимости вообще, хочу заметить, что подобные функции (то есть воспитание человека) косвенно выполняют такие предметы, как литература, история, даже география, в том числе изжитое из школьной программы краеведение. В качестве подтверждения – цитата из труда практически вековой давности. 

«В настоящее время можно считать установленным в педагогике взгляд, что изучение естествознания, истории и географии должно начинаться с родиноведения. Для ребёнка родина – самый знакомый уголок света белого, и поэтому изучению чужих, неведомых стран должно предшествовать изучение родины как самого известного. Наш Приамурский край в этом отношении стоит на особом положении. Хотя для подавляющего большинства учащихся он является родиной, все-таки изучение его в школе не ведётся, и с ним дети должны знакомиться по хрестоматиям и проч. учебникам, приноровленным для жителей Европейской России».  

В 1918 году так писал Иван Алексеевич Лопатин в работе под названием «Местная этнография, как вид родиноведения и краеведения», изданной во Владивостоке. В это время автор, с отличием окончивший естественное отделение физико-математического факультета Казанского университета, был приват-доцентом ГДУ. Занимаясь в основном этнографией, он издал научные труды «Шаманство у гольдов», «Наблюдения над бытом гольдов», «Гольды амурские, уссурийские и сунгарийские». Член Общества изучения Амурского края с 1913 года, И.А. Лопатин неоднократно бывал в экспедициях на территории нынешнего Приморского и Хабаровского краёв. Кому, как не ему, считавшему своим учителем В.К. Арсеньева, было ясно видно, преподаванием каких предметов надо воспитывать молодёжь? 

Интересно, что он отличал родиноведение от краеведения, полагая, судя по всему, под первым изучение России вообще (то есть географию), а под вторым – ознакомление с конкретным местом проживания школьников. В той же работе И.А. Лопатин писал: 

«Изучение родного края – дело чрезвычайно важное, интересное и полезное во многих отношениях. Здесь, как и в родиноведении, нет отвлечённых теорий, сухих научных обобщений. При прохождении курсов краеведения не обременяется память, а под руководством преподавателя учащиеся приучаются к наблюдательности, научному мышлению, сознательному отношению к обыденным явлениям природы и жизни, приобретают навык разумного пользования научными книгами, планами, картами, учатся классифицировать и обобщать полученные из повседневной жизни сведения и непосредственно наблюдённые факты». 

Думается, что за прошедший век значение краеведения ничуть не уменьшилось…

 

ЗНАТЬ СВОЙ КРАЙ 

Но следует заметить, что преподавать подобный предмет всегда было некому. Поэтому любые специалисты, которые могли хоть что-то рассказать о местности, в которой жили школьники, привлекались к такой деятельности. Порой между ними были весьма заметные личности в высоких чинах. Взять хотя бы Михаила Ефимовича Жданко, окончившего Николаевскую морскую академию и с 1898 по 1913 год возглавлявшего Гидрографическую экспедицию Восточного океана. Понятно, что объём выполненных под его руководством гидрографических работ был огромным; очевидно, что моряк в генеральском звании был весьма занятым человеком. Но…

В 1910 году директор Владивостокского коммерческого училища Е.И. Луценко обратился к нему с просьбой – разрешить ученикам старших классов посетить судно «Охотск» с экскурсией. Генерал не только согласился, но и пригласил юношей принять участие в выходе «Охотска» в Уссурийский и Амурский заливы, где были проведены постановки практических гидрографических станций. Более того, он сам принял участие в этом плавании и лично объяснял учащимся все особенности работ, отвечая на многочисленные вопросы. Директор училища в благодарственном письме в газету «Далекая окраина» писал: 

 

«Такое ознакомление может послужить отличным, ничем не заменимым введением в курс физической географии и биологии моря. М.Е. Жданко пошел навстречу всем нашим желаниям, взяв на себя лично труд ознакомления учащихся с приборами непосредственно в работе на море во время их испытания. Благодаря такому исключительному вниманию генерала Жданко наши учащиеся смогли провести чрезвычайно поучительный и интересный учебный день. Они познакомились с устройством и употреблением глубинных термометров различных систем, батометров, лага, лотов, ареометров, корабельных компасов. Всё это налагает на меня приятный долг горячо благодарить М.Е. Жданко за высокую пользу и удовольствие, доставленные и учащимся, и их руководителям. Воспоминание об этой экспедиции не изгладятся из памяти учащихся, как и чувство благодарности к просвещенным друзьям молодежи М.Е. Жданко и его сотрудникам».
Тут добавить буквально нечего, хотя, конечно, не везде дело обстояло столь удачно. Владивосток всё-таки крупный город с большим количеством образованных людей. А вот что касалось глубинки – там были совсем другие проблемы. В качестве примера – описание положения со школьным образованием в селении Владимиро-Александровском (современный Партизанский район). Проблемы именно этой сельской школы регулярно описывала газета «Владивосток», поэтому обратимся к её страницам.  

 

А НЕУЧЁНЫХ – ТЬМА…

В этом селении, основанном в 1865 году, уже в 1890-м было около 50 дворов и появилась церковно-приходская школа. В конце 1893 года обязанности учителя в ней исполнял местный военный фельдшер, которому платили 25 рублей в месяц. Обучение происходило при участии местного священника, который преподавал Закон Божий (в то время обязательный предмет). В марте 1896 года в газете «Владивосток» была напечатана заметка, описывающая обстановку во этой и Шкотовской школах. Вот цитата из неё.

 

«Более десяти лет в Сучанском и Шкотовском селениях открыты школы, которые за время своего существования не выпустили ни одного мало-мало грамотного ученика. Были здания школ, были учителя, ученики, учебные пособия, устраивались елки, было все, чтобы сказать и написать, что у нас есть школы, но успехов грамотности не было. Для обеих школ был даже попечитель, уверявший, что школа «это его первый долг», «его сердце», «его детище», «его вера в успех русского человека как представителя европейской цивилизации на окраине Востока». 

Да, говорилось громко, убедительно и даже вспрыскивалось и выпивалось за успех доброго дела. Отчего же не выпить, когда есть предлог! В доказательство личного усердия попечитель купил для школ волшебный фонарь, конечно, на деньги крестьян обоих селений. К сожалению, этот волшебный фонарь ни разу не употреблялся даже на елках и ни разу не послужил для образовательных целей: оказалось, что ни педагоги, ни попечитель не умели с ним обращаться, и поныне фонарь валяется в пыли». 

 

7 октября 1896 года в газете «Владивосток» появляются новые сведения о Владимиро-Александровской школе. 

«На всю Сучанскую окрестность имеется одна школа. После отъезда учительницы ныне прислан учитель, к слову сказать, специалист, практик и трезвый. Такими людьми следовало бы дорожить, их немного у нас в крае. Предполагалось открыть занятия 15 сентября, но школьное помещение оказалось занятым под другую квартиру, и на резонные просьбы учителя и волостного правления – очистить квартиру для открытия занятий – вдруг нежданно-негаданно для всех объясняется, что эта школа церковно-приходская и что учителя для занятий в школе не допустят. Поднялась целая канцелярская волокита и вот уже настало 7 октября, а учение еще не начиналось. Поговаривают, что учителем определяют малограмотного псаломщика, даже против его желания. Многие решили поэтому, что ребят не будут посылать». 

 

4 ноября того же года печальная история Сучанской школы была продолжена:
 
«Школьные занятия открыты с назначением туда, как и следовало ожидать, учителем псаломщика. Владимиро-александровцы, не имея доверия к такому учителю (по специальности маляру), не посылают ни одного ребенка в школу. Из прочих деревень посещают школу только 14 детей, но три человека и из этого числа заведующим были исключены за поведение. Один из них исключен за то, что, простояв два часа подряд на коленях, отказался стоять третий час. Школьные занятия ведутся, как видно, для очищения совести; заведующий школою вот уже больше недели, как уехал во Владивосток продавать быков и еще не вернулся, и два дня почему-то не было совсем занятий. Если это дело будет прогрессировать в этом духе, то смело можно сказать, что к новому году не останется ни одного ученика». 

Понятно, что размышлять о краеведении тут неуместно…

 

 

А НАПОСЛЕДОК Я СКАЖУ…

Что же касается «учебников, приноровленных для жителей Европейской России», то можно привести один современный пример. Вот действующая «Русская азбука» для первого класса, издательство «Просвещение». Эта книга в псевдорусском стиле представляет нам карту России, на которой… попросту нет Приморья. То есть Транссиб пересекает Амур и обрывается. Хорошо хоть, Курилы есть, а то им в других учебниках обычно не везёт. Видимо, таков взгляд из Европейской России. А мы о краеведении говорим… 

Иван ЕГОРЧЕВ, действительный член Русского географического общества.