‹ Назад

ЦЕСАРЕВИЧ И ВЛАДИВОСТОК

125 лет назад во Владивостоке побывал цесаревич Николай Александрович, более известный как последний русский император Николай II. Но в 1891 году до восхождения его на престол было ещё довольно далеко. Зато кругосветное путешествие, совершённое цесаревичем, должно было не только расширить его кругозор, но и показать интерес России к Востоку. Именно с этой целью во Владивостоке наследник должен был заложить Уссурийский участок Великого Сибирского рельсового пути, или Транссиба, позже соединившего Европу и Азию.   

 

ПУТЬ НА ВОСТОК

Восточное путешествие цесаревича Николая, в целом занявшее 300 дней, было задумано с размахом. Началось оно 23 октября 1890 года; добравшись по Европам до Триеста, наследник и сопровождавшие его лица на фрегате «Память Азова» отправились в путь по морям и океанам. В дороге происходило много чего интересного (об этом, к слову, написана и издана объёмная книга с картинками), но мы остановимся только на одном случае – самом драматическом. Буквально накануне прихода на восточную окраину своей империи, в середине апреля 1891 года, российские корабли посетили Японию. Там наследник планировал пробыть месяц: Нагасаки, Кобе, Киото… Но неподалёку от этого города 29 апреля случился инцидент, который вполне мог привести к русско-японской войне.

Вместе с двумя принцами – греческим Георгом и японским Арисугавой – Николай возвращался в Киото после посещения озера Бива. Во время проезда небольшого городка Оцу к коляске с наследником, которую вёз рикша, бросился стоявший в оцеплении полицейский Цуда Сандзо, вооружённый саблей. Первый удар по голове пришёлся вскользь, а второй отбил или греческий принц Георг (по официальной версии), или рикша-кореец («народный» вариант). Нападавшего арестовали, цесаревича отвели в дом владельца ближайшего магазина, где оказали помощь. Рана оказалась небольшой, и Николай вернулся в Киото. На следующий день туда прибыл сам император Японии Мэйдзи; он предложил отправить в Россию делегацию во главе с принцем Арисугава с извинениями, но цесаревич отказался от такой чести. 

Японские власти быстро провели суд над Цуда Сандзо, приговорив его к пожизненному заключению. В тюрьме на острове Хоккайдо он отказался есть и вскоре умер. Программа пребывания наследника в Японии была сокращена; он вернулся на борт фрегата «Память Азова», где отметил свой 23-й день рождения, получив массу подарков от японцев. В знак извинения на следующий день после покушения были закрыты места развлечений (в том числе токийский театр Кабуки), в течение пяти дней в публичных домах не принимали клиентов. 7 мая Николая посетил сам Мэйдзи – до этого не случалось, чтобы император Японии ступал на палубу иностранного корабля. В тот же день «Память Азова» отправился во Владивосток (таково было настояние Петербурга). А в России родился такой стишок: 

Приключением в Оцу 
Опечален царь с царицею, 
Тяжело узнать отцу, 
Что сынок побит полицией. 
Цесаревич Николай, 
Если царствовать придётся, 
Ты смотри, не забывай, 
Что полиция дерётся! 

 

 

ПОДАРОЧНАЯ АРКА 

Конечно, к визиту цесаревича во Владивостоке готовились заранее. Когда стало известно, что он посетит город, дума решила почтить это событие Триумфальной аркой. Ещё 12 января 1891 года было решено:  
«Копия с журнального постановления… относительно встречи Его Императорского Высочества Государя Наследника Цесаревича. Для увековечения памяти посещения Владивостока … построить на перекрестке Светланской и Прудовой улиц из камня и кирпича триумфальные ворота, с постановкою в оных образа св. Николая Чудотворца с неугасаемою лампадою и ходатайствовать в установленном порядке о наименовании этих ворот Николаевскими. На покрытие расходов по сему сооружению назначить из городских сумм 5000 рублей и обратить на это же пожертвованный купечеством капитал около 4000 рублей. Самое сооружение поручить городскому архитектору капитану Коновалову, при участии комитета, в который избраны: гласные думы В.В. Иванов, В.П. Бабинцев, М.Г. Шевелев и купец Я.Л. Семенов». 

20 января в газете «Владивосток» писали: «Наша дума в последнее свое заседание решила: построить … у Светланской улицы каменную арку высотой 7 саж. Столь редкое счастье, выпадающее для обитателей далекой окраины, без сомнения, испытает каждый верноподданный, живущий не только в Владивостоке, но и жители Приамурского края, и все те из сибиряков, места которых Его Императорское Высочество осчастливит Своим посещением. Путешествуя продолжительное время по востоку, вдали от родины, Государь Наследник только в мае прибудет к своим родным берегам, где ждут с неподдельной радостью верноподданные Его Августейшего Отца и русского Престола. Всякому, конечно, понятны своевременные заботы и нашей думы – встретить подобающим образом августейшего путешественника». 

Заметим, что первоначальное место для арки было выбрано прямо на углу Светланской улицы и было явно неподходящим. О том же писалось и в газете: «Только нам кажется, что предполагаемая арка будет далеко не на своем месте. Во-первых, арок в центре города никогда и никто не строил, а всегда – при въезде. Здесь же въезд предполагается с моря и, следовательно, арка должна быть поближе к пристани; иначе придется в гору (около 100 саж.) подниматься пешком… По-нашему, арка обязательно должна быть внизу улицы, чтобы с адмиральской пристани уже можно было бы войти в «городские ворота». Притом, едва ли нужно для такого маленького города гигантских размеров арку? Нам кажется, что арку можно сделать гораздо меньших размеров, но изящнее в архитектурном отношении…».

 

БЛЮДО К ЦАРСКОМУ СТОЛУ

В феврале 1891 года был готов ещё один подарок – блюдо, да не простое. «Владивосток» так описывал этот шедевр: «Городская управа получила блюдо для поднесения хлеба-соли Его Императорскому Высочеству Великому Князю Наследнику Цесаревичу. Блюдо серебряное, работы Овчинникова (в Москве), диаметром 13 ½ вершков, весьма изящное и массивное; в середине блюда большая золотая литера «Н» с таковым же венком вокруг нее, с Царской золотой короной. Кругом блюда на золотом поле рельефными эмалированными золотыми буквами изображено: «Всеподданнейшее поднесение от города Владивостока». Наверху блюда государственный герб, внизу – герб Владивостока, слева – «1891», а справа – «года»... Солонка тоже довольно массивная с теми же надписями; покрышка ее – вид шапки Мономаха. Стоимость блюда с солонкой 1006 руб. с выпиской. Блюдо выставлено для публики в магазине Чурина». 

Между тем дебаты вокруг триумфальной арки продолжались. Так, в городской газете 27 января 1891 года было опубликовано такое мнение (кстати, довольно толковое): 
«Сын русского Царя, Сам будущий русский Царь, вступит в наш город прежде всего моряком, после продолжительного и опасного морского путешествия. Не пожелает ли Он, ступив ногою опять на твердую почву Своего отечества, вернувшись домой, прежде всех почестей и приветствий… тут же, на берегу, возблагодарить Промысел, охраняющий всех «плавающих и путешествующих»? Не триумф победителя, не лавры героя ожидают во Владивостоке нашего Гостя, но теплое чувство радости по случаю благополучного Его приезда… Не византийскую поэтому триумфальную арку предложили бы мы строить к ожидаемому приезду, но древние русские ворота с часовней для иконы у самой воды, при входе с пристани на берег. Пусть это будут входные ворота с моря русского морского города Владивостока…». 

Но к весне 1891 года вопрос о месте возведения арки был решён, и городская газета 24 марта писала: «С наступлением теплых дней в Владивостоке закипела работа во всех концах города. Управа уже приступила к сооружению триумфальной арки, которая распланирована не у Светланской улицы, как предполагалось раньше, а на одной линии с зданием музея, т. е. на самой середине подъема; причем вдоль адмиральского сада будет разбита также аллея от Светланской улицы до пристани. Выбор места для арки несравненно лучший, чем предполагался, и это новое сооружение украсит местность, которая, если будут поддерживать существующую чистоту, обещает быть красивейшим в городе… Вообще в молодом городе закипела работа и всюду принимаются заботы принарядиться, навести чистоту и лоск, дабы достойным образом встретить дорогого для всех русских Царственного Сына». 

 

ЗДРАВСТВУЙ, ВЛАДИВОСТОК!

11 мая эскадра прибыла во Владивосток, но из-за плохой погоды наследник на берег не сошёл. Только на следующий день Триумфальная арка была «опробована»: цесаревич прошёл сквозь неё и был встречен на Светланской улице почётным караулом войск. Последующие события известны: главными из них были закладка сухого дока и железной дороги, а также огромное количество иных торжественных моментов. Арка осталась как свидетельство высокого визита и заметная архитектурная достопримечательность города. Правда, как и к любому сооружению, возведённому «по случаю», особого внимания к ней со стороны властей не проявлялось. 

Так, в 1911 году, через 20 лет, газета «Дальний Восток» писала: «Ввиду бывших случаев ограбления прохожих хулиганами около триумфальной арки, где в ее своде установлена всего одна лампочка на 16 свечей, перед управой возбужден вопрос об освещении ее лампами в 200-400 свечей, чтобы местность эта по ночам не была погружена во тьму.  Кроме того, было постановление думы иметь неугасимую лампаду перед образом св. Николая на арке, но так как она до сих пор не поставлена, то депутатом духовн. вед. Г. Поляновским возбужден вопрос об освещении иконы электрической лампочкой».  
В июне 1927 года арка была снесена по идеологическим соображениям, а в 2002 году по старым чертежам была выстроена её точная копия на прежнем месте. А в память о цесаревиче Николае теперь названа и самая молодая набережная Владивостока. 

Иван ЕГОРЧЕВ, член Русского географического общества.

2016